Воскресенье, 19.11.2017, 00:28


Сайт школы-интерната 

г. Владимира для слепых и слабовидящих детей 

ГКОУ ВО «Специальная (коррекционная) общеобразовательная школа-интернат г. Владимира для слепых и слабовидящих детей»
Главная Регистрация Вход
Приветствую Вас, Гость · RSS
Меню сайта
Категории раздела
Новости школы-интерната 4 вида [125]
Новости сайта [7]
Разное [2]
Поиск по сайту
Microsoft Translat
Форма входа

погода Владимир
Наш опрос
Кто вы?
Всего ответов: 29
Счётчик
RevolverMaps
 Тайна танковой колонны

           

Сбитнева Инна Станиславовна. Учитель коррекционной школы – интерната IV вида города Владимира для слабовидящих и слепых детей; соискатель кафедры философии и религиоведения ВлГУ; краевед.

 

Аннотация.

   Профессиональные историки, исследующие непростые отношения православной Церкви и государства в СССР,  считают временем примирения 1943 год – момент встречи верховного генералиссимуса Иосифа Виссарионовича Сталина с патриаршим местоблюстителем Сергием (Страгородским). Между тем, в краеведческом отделе областной библиотеки Владимира было найдено сообщение, из которого следовало, что именно здесь, во Владимире, скромный настоятель кладбищенской церкви еще осенью 1941 провел первые в стране церковные сборы в фонд обороны. И, насколько мне удалось узнать – этим сборам предшествовала прямо-таки детективная история.

 

Тайна танковой колонны

(история временного примирения Церкви и государства осенью 1941 года).

                ...Несколько лет назад, листая в отделе краеведческой литературы подборки воспоминаний,   в одной из папок я наткнулась на заметку  о создании первой танковой колонны в городе Владимире. Вот ее текст:

                «...На Владимирской земле еще в 1941 году на средства церкви Святого Князя Владимира была создана танковая колонна. Формировал ее майор Пеньковой.        Епископ Онисим (С.Н. Фестинатов) – организовал большие пожертвования в фонд обороны, в том числе и на танковую колонну (курсив мой – прим. автора.). Это подвижничество не раз отмечалось руководством страны. В его адрес несколько раз направлялись телеграммы с благодарностью от Верховного Главнокомандующего, которые... вывешивались на стенах Успенского собора.[1]»

                Вот и все. На первый взгляд, ничего особенного. В годы войны многие собирали средства для Красной Армии, - так почему бы и  Церкви не принять участие в  этих сборах? Но чем дольше я думала об этой истории. тем больше несообразностей в ней находила. Вот они...

                Первое.

                 Пожертвования трудящихся, колхозников, пионеров - собирались не в 1941 году. Трудящиеся Владимирской области участвовали в сборе средств для постройки танковой колонны «Ивановский колхозник» - в конце 1942 года, для эскадрилий самолетов им. М.В. Фрунзе и «Валерий Чкалов» - в 1943; на эскадрилью «Юный ивановец» - в 1943. Колхозники Юрьев- Польского района за несколько дней собрали средства для эскадрильи «Юрьев -Польский колхозник»- тоже  в 1943 году [2, 3]...

                Это вполне понятно. В 1941 году, когда фашисты рвались к Москве, владимирцы были заняты другими делами. Они строили оборонительные линии вокруг городов, формировали ополчения и отряды противовоздушной обороны, боролись с паникерами и мародерами, развертывали госпитали, принимали беженцев... и так далее, и тому подобное.

                 1941 год, с 22 июня  по конец ноября, был временем великого отступления ( как говорили в народе, «великого драпа»). При отступлении бросалось Красной Армией, уничтожалось противником огромное количество военной техники... кому же могло придти в голову жертвовать свои последние средства – на ту же технику? В конце 1941- начале 1942 года во Владимирской области были сделаны всего два «подарка фронту»; в декабре рабочие Коврова построили, вооружили и отправили на фронт бронепоезд «Ковровский рабочий», а в феврале бронепоезд отправили на фронт железнодорожники Мурома...  А эта танковая колонна, построенная за счет «церкви Святого Князя Владимира» - была первым «подарком фронту». А теперь  почувствуйте разницу между ковровским военным заводом[1], железнодорожными мастерскими[2]. - и бедной кладбищенской церковью города Владимира (последней не закрытой церковью в городе[3])!

                Второе.

                В отличие от военного завода и железнодорожных мастерских, Русская Православная Церковь до 1943 года не была легальной организацией, и не имела права собирать деньги на чтобы то ни было... По декрету от 20 января 1918 года «О свободе совести, церковных и религиозных обществах» - Церковь потеряла право владеть какой- либо собственностью. Пункт 11 гласил:             «Принудительное взыскание сборов и обложений в пользу церковных или религиозных обществ... не допускаются.  [4]»

                А если сборы добровольные? Все равно нельзя. Пункт 12 уточнял:

                «Никакие церковные или религиозные организации не имеют права владеть собственностью. Прав юридического лица они не имеют.[4]»

                Что это означало?  Священника, который самовольно затеял бы сборы на танковую колонну, - по закону, должны были арестовать,  судить и расстрелять (в лучшем случае, отправить в лагерь). Органы реагировали на такую самодеятельность быстро, - тем более, что с 1937 была объявлена «безбожная пятилетка», и к концу ее предполагалось закрыть все церкви.  План выполнялся успешно: к 1941 году в России оставались открытыми считанные храмы, почти все священники были репрессированы. На свободе оставалось два епископа – один в Литве, другой в Хабаровске...[5]

                ...Чем больше углубляешься в детали того смутного времени, тем более невероятной выглядит эта история с танковой колонной. Ну, допустим, органы НКВД  Владимира пребывали в панике, и потому не пресекли почин священника Фестинатова (хотя факты свидетельствуют об обратном[4]). Ну, допустим, священник этот своей жизнью не дорожил абсолютно, и согласен был даже  на расстрел – потому что очень любил родину...

                 Но все равно остается вопрос – где ж он в два-три месяца добыл средства на танковую колонну? Если колонну формировал майор, значит, в ней было не менее 30 танков; по приблизительным подсчетам, это полтора миллиона рублей[5].  В 1943 году колхозники всего Юрьев – Польский района, напрягшись, собрали три миллиона; а здесь священник скромной кладбищенской церкви запросто выкладывает, как минимум, половину этой суммы (вспомним исходную заметку; он «организовал большие пожертвования в фонд обороны, в том числе и на танковую колонну...»). Чудеса!

                Может быть, он собрал средства с верующих? Это было невозможно. Советская власть с трудом сделала это в 1942-43; а ведь власть располагала отлаженной системой сбора средств (от сельсоветов и выше). Церковь такой системой не располагала; храмы были закрыты, священники и активные члены церковных советов посажены,  прихожане обобраны  раньше...

                Пособие «История и культура Владимирского края» - объясняет ситуацию так: «настоятель Владимирского Успенского собора епископ Онисим (С.Н. Фестинатов) – провозгласил 22 июня 1941 годы войну священной, и начал сбор на строительство танковой колонны [6].» Так оно, конечно, понятней; только вот с фактами эта версия, увы,  не совпадает...

                Успенский кафедральный собор был закрыт – и открылся только в марте 1944 года. Священник  Сергей Фестинатов стал его настоятелем тогда же; монашеский постриг,  звание епископа и  новое  имя -  Онисим - он принял  еще позже [7]. С пастырским посланием 22 июня 1941 года обратился митрополит Сергий; он сказал: «...Церковь благословляет небесным благословением предстоящий всенародный подвиг[8]». Пастырское послание митрополита было, в нарушение закона, разослано по всем церквам; священник Фестинатов мог, конечно, прочесть его в своей кладбищенской церкви (но про «священную войну» - это не оттуда, а из известной песни.)

                 Отрывки из воспоминаний епископа Онисима  приводятся в книге свящ. С. Минина («Очерки по истории Владимирской епархии...») Епископ подробно рассказал о том, как  приводили в порядок оскверненный Успенский собор, как открывали его в день Благовещенья 1944 года, как трудно было, по всем российским приходам, собрать средства на реставрацию собора... [7, 9] О сборе средств на танковую колонну  там не сказано ни слова.

          Интересен и послужной список будущего епископа. «...В 1913 рукоположен во диакона, а затем в священника. Пастырское служение проходил на различных приходах Владимирской епархии. 17 марта общим собранием верующих города Владимира его избрали на должность настоятеля Владимирского Успенского кафедрального собора[7]...» То есть, до 1941 года священник Сергей Фестинатов был фигурой  не примечательной.     

                ...Мне осталось только предположить, что за мало приметным священником Фестинатовым- стояла другая, более значительная фигура, а сбору средств на танковую колонну – предшествовали другие обстоятельства. И это была такая фигура, о которой предпочитали не вспоминать; и такие обстоятельства, о которых молчали. Я искала «зацепки» в других документах; и чем больше всплывало подробностей, тем более детективной становилась эта история.   Прямых доказательств моей версии – нет, и быть не может. Но зато  удалось обнаружить косвенные свидетельства. Вот они...

          «В 1958 году в Епархии отмечалось 800-летие Успенского кафедрального собора... Озабоченный предстоящим юбилеем, владыка Афанасий составил чин праздника и предложил его преосвященному Онисиму... Афанасий сослужил Владыке Онисиму на юбилейных торжествах. Православные владимирцы, горячо почитавшие епископа Афанасия, чуть ли не на руках внесли его в собор, столь дорогой его сердцу...[10]»

                На первый взгляд – ничего особенного. Ну,  юбилей собора; ну, вели торжественную службу два епископа.. Но ситуация выглядит иначе, если учесть, когда это происходит – и кто этот епископ Афанасий.

                 1958 год – год хрущевского наступление на Церковь: планируется закрытие последних монастырей, семинаристов «обрабатывают» в КГБ, вводятся новые церковные налоги [11]. И в это время Успенский собор торжественно отмечает свой юбилей! А один из двух епископов, служащих праздничную литургию - бывший лагерник, «враг народа», отбывший по тюрьмам, ссылкам и лагерям 25 лет... и прихожане его на руках носят! Те годы прозвали «оттепелью», - но не до такой же степени «потеплело»!

                И в самом деле: после реабилитации в 1955 году епископ Афанасий (в миру Сергей Григорьевич Сахаров), арестованный в 1922 год,  чудом выживший в лагерях, жил как ссыльный,  на 101 километре – в Петушках, под надзором. Как епископ, он не служил; причиной был не только преклонный возраст и расшатанное здоровье, но и неблагонадежность...

          Епископа Афанасия считали своим главой священники, не принявшие декларации митрополита Сергия (о лояльности к советской власти),  Эти священники совершали свое служение не в церквах (церкви были под надзором), а на квартирах и в тюрьмах. Они называли себя «катакомбными» верующими, по примеру первых христиан[12].  Епископ Афанасий считался и лидером «непоминаюших» – поддерживал священнослужителей, отказавшихся за литургией поминать гражданские власти (того же Сталина), и молится за них.  То есть, с конца 20-х годов и до смерти  в 1962 году – он был опасным церковным диссидентом. «Ходоков» в Петушки, к опальному епископу не допускали (поэтому  Владимирцы и носила его на руках).

                ...И вот, такой человек служит на юбилейных торжествах в соборе вместе с действующим епископом. А через четыре года его торжественно  отпевают в том же Успенском соборе, и при огромном стечении народа погребают на Князь-Владимирской кладбище. На мой взгляд, такое возможно лишь в одном случае: если у епископа Афанасия есть несомненные заслуги перед Успенским собором; и действующий епископ Онисим, и представитель власти, курирующий юбилейные торжества – знают об этом.

                ...Здесь  надо сказать  о представителе власти. Председателем совета по делам РПЦ 1943 по 1960 был генерал- майор Георгий Карпов. В 1958 году он обвиняет Церковь в сокрытии доходов, требует сократить количество монастырей и священников, –  но почему-то совсем не  мешает проводить юбилей Успенского собора. Мало того – епископ Онисим вспоминает, что когда в 1949 году возникли проблемы с реставрацией собора, тот же Карпов  явился из Москвы, и указал местным властям, что те усердствуют не по разуму (воспоминания епископа Онисима, в изложении свящ. Минина [7]). Почему наш Успенский собор находился на особом счету? Почему другие соборы и монастыри закрывались, а наш  помогли восстановить? И вот здесь – мы снова подходим к загадке танковой колонны...

                Танковая колонна на конец 1941 года – была, конечно, каплей в море. Реальное значение этого почина было в другом: этим действием Церковь показывала: она верит  в то, что Москва выстоит[6]. Мало того – Церковь шла на примирение с государством, и подавала пример миллионам верующих (в сельской местности, по переписи 1937 года, верующих было две трети)[7]. Верховный главнокомандующий, Иосиф Виссарионович Сталин, не мог не оценить это «жест доброй воли». Договариваясь с представителями Церкви, Сталин обговаривал конкретные ответные действия[8]... в данном случае, ответным действием могло быть открытие  Успенского Собора. Тогда и телеграммы с благодарностью от Сталина, вывешенные на стенах собора – это охранные грамоты, защищающие собор от произвола местных «твердокаменных большевиков»[9]. Карпов же в 1943 году был назначен Сталиным курировать Православную Церковь, и был в курсе событий...

                Таким образом, человек, который подготовил возможность подобных переговоров – и был героем, спасшим Успенский собор (в 1944 году положение закрытого собора было уже критическим). И на юбилейных торжествах его (епископа Афанасия) чествовали наравне с владыкой Онисимом (тот с 1944 по 1954 год лично участвовал в восстановительных работах, организовал сбор средств на реставрацию по всей России). Но каким образом узник сталинских лагерей мог участвовать в событиях 1941 года? Решить эту загадку мне помогли исследования Т.П. Тимофеевой:

                «23 марта 1920 г. губернский отдел народного образования получил письмо от наместника Рождественского монастыря архимандрита Афанасия (Сахарова): «В нашем монастырском соборе находятся церковные вещи, эвакуированные из Западного края в начале войны... неизвестно точно, из какого места были эвакуированы эти вещи, и что именно. Возможно, что среди них есть ценные в художественном или историческом отношениях... стоит поручить отобрать все имеющее ценность для музея... [13]»

                Вот теперь ситуация становится понятнее... В во время Первой мировой войны (1915 год), русская армия пережила свой «великий драп»: фронт откатился до Риги и Двинска, и с оставляемых территорий срочно эвакуировали церковные ценности [14]. Помня печальный опыт 1812 года, ценности не повезли в московский Кремль, а тайно рассредоточили по провинциальным городам, поручив их временное хранение монастырскому начальству. Затем произошла одна революция, затем другая, гражданская война, интервенция... об эвакуированных ценностях просто забыли.

                Член Владимирского епархиального совета и преподаватель семинарии, священник  Афанасий (еще не епископ) – в 1920 году назначен наместником Богородице-Рождественского монастыря. Он пытался спасти монастырь от закрытия, предложив хранившиеся «под спудом» церковные ценности новой власти... но все ли ценности он им предложил?

                В письме архимандрита речь идет о «ценных в художественном или историческом отношении вещах». Между тем, из опыта церковных реквизиций 1918 и 1921-22 годов известно, что новую власть интересовали ценности материальные – оклады икон, изготовленные из драгметаллов (серебра, золота), украшенные драгоценными камнями. Архимандрит Афанасий ничего не пишет о материальных ценностях, и подчеркивает, что «начальному составу монастырского начальства неизвестно точно, из какого места эвакуированы эти вещи». Это понятно: в XVIII-XIX церковными властями были составлены подробные описи ценных предметов, хранящихся в каждом храме, с подробным описанием и историей этих предметов. Зная, откуда что вывезено, историки могли бы уточнить, какие предметы должны были быть в коллекции... а этого нет.             

                Так что же остается предположить? Что часть ценностей была скрыта; что об этой «захоронке», по традиции 1915 года, знал узкий круг доверенных лиц; что епископ Афанасий, еще до своего ареста в 1922 году, обговорил условия, при которых можно будет использовать этот клад... Можно также предположить, что в 1933-36 году, в промежутке между ссылкой и лагерем (проживая во Владимире) – он подтвердил или изменил свои распоряжения – поскольку знал, что следующий арест неизбежен. Его доверенным лицам[10] оставалось принять решение, и найти такого священника, который не побоится рискнуть головой (но и выиграть он мог много).

                ...Можно, конечно, назвать мои предположения домыслами; но как, скажите, иначе объяснить вклад на танковую колонну? Откуда у трижды ограбленной Церкви (в 1918, 1921-22, и при закрытии храмов) – взялись полтора миллиона? Историк Поспеловский считал, что первые церковные сборы на оборону прошли в Ленинграде, во время блокады; с зимы 1941 года по январь 1943 было собрано 3182143 рубля [15]. То есть, за три года интенсивных сборов – три с небольшим миллиона. Но в блокированном Ленинграде были другие условия! Там сборами руководил архиепископ Алексий; из-за голода «всплыли» ранее утерянные ценности (ювелирные изделия, произведения искусства), и специальные комиссионеры скупали их за бесценок (и  могли пожертвовать часть барыша Церкви[11]). В уездном Владимире ничего такого не было, и быть не могло – а сборы на оборону были, и это были первые церковные сборы, во всей нашей  стране...

        В итоге, надо признать, что если епископ Афанасий скрыл церковные сокровища от государства – он поступил мудро. Никто по сей день точно не знает, куда девался золотой запас дореволюционной России; куда девались сбережения  из банков, церковные счета, сокровища Кремля, конфискованные чекистами при обысках ценности, - и так далее, и тому подобное [16]... Сбереженное же – сохранилось. Ценности, спасенные во время Первой мировой войны от германских войск – были использованы при повторном нападении той же Германии. А в том, что Успенский собор стоит по сей день, и туристы со всего мира приезжают на него посмотреть – есть заслуга и епископа Афанасия (Сахарова), и епископа Онисима (Фестинатова).

  1. Альгамов Н.М. Русская православная церковь в годы Великой Отечественной войны/ Великая Отечественная война и современность. - Владимир, 1995 (машинописный сборник, краеведческий отдел областной библиотеки).
  2. История Владимирского края / под ред. Г.П. Аннина. - Ярославль, В.- Волжское книжное издательство, 1973, стр. 113.
  3. История Владимирского края в ХХ столетии/ под ред. Д.И. Копылова. - Владимир, Владимирская школа, 1999, стр. 89.
  4. Русская православная церковь и коммунистическое государство. 1ё917-1941.- М., Библейско- богословский институт апостола Андрея, 1996, стр. 25-26.
  5. Ардов М. Мелочи архи-, прото-, и просто иерейской жизни - М.. Издательство имени братьев Сабашниковых, 1995, стр. 55.
  6. История и культура Владимирского края/ под редакцией В.В. Гуляева, А.Ф. Батракова. - Владимир, ВЛГУ, 2002, стр. 41.
  7. Священник С. Минин. Очерки по истории Владимирской Епархии Х-ХХ вв. - Владимир, Нива, 2004, стр. 68-69.
  8. Поспеловский Д. В. Русская православная церковь в ХХ веке – М., Республика, 1995, стр. 183-84.
  9. Сбитнева И.С. Владимир. Исторический путеводитель по старому городу – Владимир, Петра, 2010, стр. 36-38.
  10. Житие святителя Афанасия, епископа Ковровского, исповедника и песнопевца (1887-1962). - М., Отчий дом, стр. 32.
  11. Поспеловский Д.В. Русская православная церковь..., стр. 283-88.
  12. Катакомбные церкви / Современная религиозная жизнь России. Опыт систематического описания, в 2-х томах //под редакцией С. Филатова, М. Бурдо – М., Логос, 2004, Том 1, стр. 43-44.
  13. Тимофеева Т.П. Лежит в развалинах твой храм.- Владимир, ВСМЗ, 1999, стр. 25.
  14. Ольденбург С. Царствование императора Николая II – М., ТЕРРА, 1992, стр. 550.
  15. Поспеловский Д.В. Русская православная церковь..., стр. 186-87.
  16. Буранов Ю. Селезнева Н. Воруют все! //Родина, 1997, № 5, стр. 83-90.  
 

[1]    Любой военный завод 30-х- 40-х годов был секретным и привилегированным предприятием.

[2]    Железнодорожные мастерские были передовым технологическими предприятиями своего времени; в депо работал цвет рабочего класса, высоко квалифицированные рабочие.

[3]    Точнее говоря, не закрыта была еще Казанская церковь, на современной площади Победы; но тогда она располагалась за чертой города, в бывшей Ново-Ямской слободе.

[4]    В это время органы НКВД руководили сооружением оборонительных укреплений вокруг Владимира, расстреливали «отказников» и  грабителей, проверяли беженцев,  помогали развертывать в городе секретные военные заводы (ныне Точмаш) – и никаких следов паники!

[5]    Колхозница Кольчугинского района Марфа Васильевна Меликанова отдала на покупку танка  50. 000 рублей. (История Владимирского края..., стр. 116). Если принять за основу, что  танк стоит именно столько – тогда тридцать танков обойдутся в полтора миллиона.

[6]    Оборонительные сооружения вокруг Владимира и других замосковных городов наглядно показывают, что осенью 1941 года сами лидеры государства в это не слишком верили.

[7]    Вспомним здесь успешные сборы на оборону в 1942, и особенно 1943 году.

[8]    Это качество Сталина видно в описании переговоров 1943 года (Поспеловский Д.В. Русская православная церковь..., стр. 188-189). Переговоры велись по принципу; ты мне, я – тебе... Нормальное поведение для императора, каким, видимо, считал себя Иосиф Сталин.

[9]    Эти местные большевики особенно любили взрывать церкви – в 30-х, 50-х, даже 60-х годах.

[10]  Мало вероятно, чтобы доверенным лицом был сам священник Сергей Фестинатов. Священников арестовывали в первую очередь,  и не все могли выдержать допросы.

[11]  Трудно поверить в то, что царские червонцы в больших количествах (Поспеловский..., стр. 187) – жертвовали умирающие от голода блокадники. У подавляющего большинства их не находилось пайки  хлеба, чтобы заплатить за нормальные похороны родственников.


 
shkola-internat4vid © 2017
Поиск
Календарь
«  Ноябрь 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930
Архив записей
Облако тегов
Школа-интернат
школа

1895г.--2017г.


Яндекс.Метрика Каталог-Молдова - Ranker, Statistics Rambler's Top100
Besucherzahler russian ladies
счетчик посещений

При использовании материалов сайта ссылка на  http://shkola-internat4vid.narod.ru  обязательна.

Хостинг от uCoz